- Куда бежать-то? - Шурик задал самый практический вопрос. - Остров, что ли, открыть какой-нибудь?

- Остров - это дело, - сказал Борька. - Чтобы озеро в центре и лес чтобы рос базальтовый...

- Бальзовый, - поправил Шурик.

- Ну пускай. И какие-нибудь странные растения. Понастроили бы мы себе домов...

- А остров необитаемый? - спросил я.

- Можно и так, - ответил Шурик. - А можно - пусть там живут аборигены, человек восемьсот-девятьсот.

- Смуглокожие девушки... - Борька потянулся.

- Никаких девушек, - возразил я, вспомнив о Маринке. - И вообще - ничего лишнего. Несколько фабрик, два-три завода...

- Без фабрик нельзя, - поддакнул мне Шурик.

- Идите вы! - сказал Борька. - Можно ведь искусственно задержать развитие цивилизации. Аристократическая рабовладельческая республика меня больше устраивает, чем ваша островная индустрия. Пусть будет по типу Спарты...

- Ну, и остался ты без магнитофона, - мне стало смешно, - поскольку аборигены без фабрики тебе даже метра ленты не произведут.

- Рабы все портят, - заявил Шурик, - у них малопроизводительный труд. Их надо бить, чтоб они работали...

- Цыц, шкет! - сказал Борька. - Пороть илотов буду лично я, а магнитофон и телевизор мы возьмем с собой из двадцатого века.

- А включать его ты во что будешь? - поинтересовался Шурик.

Борька задумался и наморщил лоб.

- Ладно, я согласен... Будем жить на том же уровне, что и спартанцы. В конце концов, телевидение размягчает дух.

- Ну, а окружающий мир? - спросил я. - Самолеты, пароходы, спутники. Рано или поздно нас откроют, аннексируют...

- ...и поставят крестик, - добавил Шурик.

- Да, идейка отпадает, - согласился Борька.

Нам стало здорово неуютно оттого, что некуда деваться от Мантиссы. То, что мы не механические граждане, нам было ясно как божий день. Но, может быть, мы вообще какие-то не такие? Поет же половина класса в хоре ради крестиков? Монтажники, кружковцы - все на Мантиссу работают.